Анатолий Ярема: влияние на гражданское правосудие Украины и карьера судьи Верховного Суда

Имя Анатолия Яремы уже более полутора десятилетий ассоциируется с фундаментальными изменениями в подходах к рассмотрению гражданских споров. Его профессиональное становление совпало с периодом глубокой трансформации всей судебной системы, что позволило не только усвоить старые доктрины, но и выстроить новую архитектуру кассационного пересмотра. В среде практикующих юристов фигуру Яремы чаще всего вспоминают тогда, когда речь заходит о взвешенной и одновременно смелой практике Верховного Суда в семейных, жилищных, земельных и договорных конфликтах. Значительная часть решений, скрепленных его подписью, стала ориентиром для судов низшего звена и вызывала оживленные дискуссии среди ученых. Однако за сухими строками постановлений кроется гораздо больше – личный стиль управления судебной коллегией, умение слышать аргументы сторон и в то же время удерживать баланс между буквой закона и потребностями реальной жизни. Именно поэтому разговор о Яреме неизбежно превращается в разговор о том, каким должно быть гражданское правосудие в условиях постоянного изменения законодательства и общественных ожиданий.

Первые шаги в судебной системе и карьерный рост

Родившись 28 июля 1962 года, Анатолий Ярема получил классическое юридическое образование на юридическом факультете Киевского государственного университета имени Т.Г. Шевченко. Выпуск 1989 года пришелся на время, когда государственный аппарат уже ощущал потребность в новом поколении судей, способных работать в условиях быстрых перемен. После короткой адвокатской практики он выбрал судейскую мантию и прошел все ступени – от судьи местного общего суда до апелляционной инстанции. В этот период сформировалась одна из его главных профессиональных черт: внимание к деталям фактических обстоятельств сквозь призму принципа верховенства права. Коллеги вспоминают, что Ярема никогда не позволял себе формального подхода, даже когда речь шла о рутинных делах о расторжении брака или взыскании мелких долгов.

Работа в Апелляционном суде города Киева, а впоследствии и на должности заместителя председателя этого суда, дала ему возможность увидеть типичные ошибки первой инстанции и выработать собственную методику написания процессуальных документов. Именно там он начал настаивать на том, что мотивировочная часть решения – это не формальная отписка, а инструмент воспитания правовой культуры участников спора. Такой подход выделял его среди многих коллег и постепенно превратил в одного из наиболее цитируемых судей киевской апелляции. Параллельно Ярема участвовал в рабочих группах по совершенствованию гражданского процессуального законодательства, где настаивал на расширении состязательных начал и упрощении доступа к суду.

Руководство Кассационным гражданским судом после судебной реформы

Когда в 2017 году заработал обновленный Верховный Суд, перед судебной властью встала задача не просто механически объединить старые высшие специализированные суды, а создать действенный механизм единства практики. Именно на этом фоне состоялось избрание Анатолия Яремы на должность председателя Кассационного гражданского суда. Он получил в наследство колоссальный массив нерассмотренных дел, накопившихся еще в ликвидированном Высшем специализированном суде, и одновременно – необходимость сформировать устойчивую позицию по острейшим вопросам: взыскание пени по просроченным кредитам, прекращение поручительства, определение момента приобретения права собственности на вновь созданную недвижимость.

В условиях кадрового дефицита и сопротивления части аппарата новым стандартам эффективности Ярема сделал ставку на жесткую дисциплину сроков и личный контроль за подготовкой проектов постановлений. Его требование обнародовать все решения кассационного суда в день провозглашения было на тот момент почти революционным. Кроме того, председатель кассационного суда инициировал регулярные рабочие совещания, посвященные не только конкретным делам, но и общим проблемам правопонимания, возникавшим из-за противоречия нескольких законодательных актов. Это позволило довольно быстро уменьшить количество ситуаций, когда разные палаты одного суда принимали диаметрально противоположные решения.

Узловые правовые позиции и принципы принятия решений

Специалисты часто связывают имя Яремы с несколькими знаковыми правовыми позициями, радикально изменившими судебную практику. Одной из них стало постановление о невозможности бесспорного взыскания долга по ипотечному договору в случае, когда кредитор не предоставил надлежащих доказательств предварительного уведомления должника об изменении процентной ставки. Это дело фактически заставило банковские учреждения пересмотреть внутренние процедуры работы с заемщиками, поскольку суд четко указал, что формальная подпись под договором не освобождает финансовое учреждение от обязанности действовать добросовестно. В жилищных делах он жестко отстаивал позицию, согласно которой выселение лица без предоставления другого жилья допустимо лишь в случаях, прямо предусмотренных законом, и только после исчерпания всех возможных мер социальной защиты.

Характерным для подхода Яремы является постоянное апеллирование к принципу соразмерности. В постановлениях, которые он готовил либо редактировал как председатель палаты, почти всегда присутствует фрагмент, где сопоставляются негативные последствия для ответчика и легитимная цель, к которой стремится истец. Это особенно заметно в спорах о признании недействительными сделок, заключенных под влиянием обмана. Суд не просто констатирует наличие обмана, но и проверяет, не повлечет ли признание договора недействительным еще большего вреда для третьих лиц, действовавших добросовестно. Такой прагматизм редко встречался в отечественных судах и стал предметом многочисленных одобрительных комментариев со стороны адвокатского сообщества.

Внутренняя кухня процессуального руководства

Отдельного внимания заслуживает то, как Анатолий Ярема выстраивал работу внутри судейского коллектива. Он настаивал на том, чтобы подготовка к судебному заседанию не ограничивалась чтением материалов дела непосредственно перед его рассмотрением. Судьи должны были подавать краткий письменный анализ правовой проблемы с указанием всех имеющихся в практике подходов. Сам Ярема, по свидетельству коллег, мог пойти на конфликт с судьями, если видел, что проект постановления не содержит ссылок на соответствующую практику Европейского суда по правам человека. Он также ввел правило, по которому замечания судьи-докладчика к протоколу заседания должны были быть максимально конкретными: не общие фразы вроде “учесть позицию ответчика”, а четкое указание, какую норму закона неправильно применил суд предыдущей инстанции.

Такое управление вызывало неоднозначную реакцию: одни называли его чрезмерно авторитарным, другие – настоящим менторством, которого не хватало системе десятилетиями. Сам Ярема в публичных выступлениях неоднократно подчеркивал, что судейская независимость не освобождает от обязанности согласовывать правовые позиции, иначе правосудие становится хаотичным. Для многих молодых судей кассационного суда именно эта школа стала местом, где оттачивалось мастерство составления лаконичных и в то же время убедительных процессуальных документов.

Влияние на судебную систему через обучение и обобщение практики

Находясь на посту председателя Кассационного гражданского суда, Ярема активно участвовал в деятельности Национальной школы судей, часто лично читал лекции для судей местных и апелляционных общих судов. Его учебный материал отличался отсутствием абстрактных теоретизирований: основу составляли примеры конкретных дел, в которых суд первой инстанции допускал типичные ошибки, и комментарий, почему эти ошибки привели к отмене решения. Такой подход сформировал целое поколение судей, которые привыкли смотреть на дело глазами кассационной инстанции еще до принятия собственного решения.

Важной составляющей его работы стало создание регулярных обзоров судебной практики, которые готовила группа опытных судей и ученых. Эти обзоры выходили в специализированных изданиях и распространялись среди судейского корпуса. Они содержали не только выдержки из постановлений, но и развернутые комментарии, объяснявшие, почему именно такая позиция была выбрана Верховным Судом. Для адвокатов эти материалы стали своего рода “дорожной картой”, позволявшей прогнозировать результат рассмотрения дела в кассационной инстанции. Приведенный ниже перечень дает представление о главных тематических блоках, которым уделялось наибольшее внимание:

• сделки, заключенные под влиянием ошибки или обмана, и их правовые последствия;
• определение момента возникновения права собственности на объекты незавершенного строительства;
• очередность наследования по завещанию и по закону в спорах с пропущенными сроками принятия наследства;
• основания прекращения поручительства физических лиц после изменения условий основного обязательства;
• выселение бывших членов семьи собственника жилья при отсутствии другого жилого помещения;
• юрисдикция общих и хозяйственных судов в корпоративных спорах физических лиц;
• взыскание компенсации морального вреда по делам о нарушении прав потребителей;
• применение исковой давности к требованиям о признании права собственности.

Характерный факт: в 2019 году Кассационный гражданский суд во главе с Яремой принял более 19 500 решений и постановлений, при этом доля отмененных судебных актов низших инстанций оставалась стабильной в течение года, что свидетельствовало о прогнозируемости и постоянстве практики.

Критический взгляд и дисциплинарные производства

Ни один заметный судья не остается вне зоны критики, и Ярема не стал исключением. Противники его методов управления указывали на чрезмерную концентрацию власти в руках председателя кассационного суда и снижение роли отдельного судьи-докладчика. Некоторые адвокаты жаловались, что высокая требовательность к процедуре иногда оборачивалась затягиванием сроков рассмотрения, поскольку дело возвращалось на доработку по несколько раз. Особенно остро эта проблема встала в период пандемии, когда дистанционный режим работы не всегда позволял оперативно собирать коллегии.

Со стороны антикоррупционных общественных организаций звучали замечания относительно реконструкции административного здания Верховного Суда на улице Пилипа Орлика, однако непосредственно с именем Яремы ни одно дисциплинарное производство касательно этих событий не связывалось. Напротив, его публичные отчеты о распределении бюджетных средств всегда содержали детализацию расходов на оплату труда помощников судей, закупку канцелярских принадлежностей и техническое обслуживание помещений. Такая открытость, по мнению экспертов, была сознательной стратегией уменьшения репутационных рисков. Нельзя обойти вниманием и тот факт, что после завершения каденции на посту председателя кассационного суда Ярема не только остался в составе Верховного Суда, но и был избран заместителем Председателя Верховного Суда, что свидетельствует о высоком уровне внутреннего доверия судейского корпуса.

Подводя итог сказанному, стоит признать: фигура Анатолия Яремы действительно стоит особняком в украинском гражданском правосудии. Он не просто выполнял функцию судьи-руководителя, а последовательно внедрял модель, в которой правосудие держится на трех китах – предсказуемость практики, состязательность и неотвратимость ответственности за нарушение процедуры. Его вклад измеряется не количеством прочитанных лекций или подписанных приказов, а тем, что сегодня адвокат, готовя кассационную жалобу, может с высокой вероятностью спрогнозировать будущее решение, опираясь на сформированные позиции Верховного Суда. Именно эта прогнозируемость, на которую часто жалуются как на “зарегулированность”, на самом деле является наибольшим достижением любой судебной системы. И хотя дискуссии о стиле управления будут продолжаться, бесспорным остается одно: без такого опыта и умения балансировать между законом и жизненными реалиями гражданская кассация потеряла бы то качество, которое сегодня воспринимают как должное.

Об авторе

Безнога Настя

Editor

Просмотреть все записи